Управление рисками предприятия (ERM) в страховании — это не упрощённая версия того, что делают банки или корпорации. Баланс страховщика и есть его риск: премии собираются сегодня под обязательства, которые могут длиться десятилетиями, а капитал под них определяется регулированием. В ЕС это Solvency II, и оно превращает ERM из хорошей практики в требование закона.
Что требует Solvency II
Директива 2009/138/EC, действующая с января 2016 года, устанавливает систему управления в статьях 41–49.
- Статья 44 — система управления рисками: стратегии, процессы и отчётность для выявления, измерения, мониторинга и управления рисками, по отдельности и в совокупности. Охватывает как минимум андеррайтинг и резервирование, управление активами и обязательствами, инвестиции, ликвидность и концентрацию, операционный риск и перестрахование, с письменной политикой по каждой области, утверждённой советом директоров.
- Функция управления рисками: одна из четырёх ключевых функций наряду с комплаенсом, внутренним аудитом и актуарной функцией.
- Статья 45 — ORSA (собственная оценка рисков и платёжеспособности): собственная оценка общей потребности в капитале, постоянного соблюдения требований к капиталу и отклонения профиля риска от допущений, лежащих в основе требования к капиталу платёжеспособности (SCR). Проводится как минимум ежегодно и без промедления после существенного изменения профиля риска.
С 30 января 2027 года пересмотр Solvency II (Директива (ЕС) 2025/2) вводит пропорциональность для малых и несложных организаций и анализ климатических сценариев в ORSA при существенной подверженности. С 17 января 2025 года к страховщикам применяется также DORA: управление ИКТ-рисками, инциденты и реестр сторонних поставщиков ИКТ. Работа по рискам третьих сторон и анализу влияния на бизнес — часть ERM, а не отдельный проект.
Риск-аппетит: от заявления к лимитам
Рабочая модель имеет три уровня: аппетит к капиталу (например, целевой коэффициент платёжеспособности 150–180%, раннее предупреждение при 140%, обязательные действия при 130%), толерантность по категориям риска (максимальное собственное удержание на катастрофическое событие, минимальный рейтинг перестраховщика, инвестиционные лимиты) и операционные лимиты и KRI для первой линии. Красный индикатор должен показывать, какая толерантность под давлением и какой запас капитала на кону.
ORSA как процесс, а не отчёт
Совет директоров задаёт сценарии, реестр рисков переоценивается по единым шкалам вероятности и воздействия, собственные средства и SCR прогнозируются на 3–5 лет в базовом и стрессовых сценариях, включая обратный стресс-тест, а для каждого уровня срабатывания заранее согласованы управленческие действия.
Пример
Страховщик non-life с собственными средствами €48 млн и SCR €29 млн (коэффициент 165%). Сценарий: шторм и наводнение с чистым убытком €4 млн и потерей инвестиций €3 млн. После стресса: собственные средства €41 млн, SCR €28 млн, коэффициент 146%. Компания остаётся выше 140%, но запас всего €1,8 млн. Обратный стресс-тест показывает, что реальный хвостовой риск — дефолт перестраховщика в год события (валовый убыток €22 млн), что приводит к новым лимитам по перестрахованию.
Узнайте больше о Управлении рисками и GRC Cloud в ActiveERM или запросите демо.